Язык так или иначе не сводится к подбору знаков для вещей. Он начинается с выбора говорить или не говорить. Выбор между молчанием и знаком раньше чем выбор между знаком и знаком. Слово может быть менее говорящим чем молчание и нуждается в обеспечении этим последним. Молчание необходимый фон слова. Человеческой речи в отличие от голосов животных могло не быть. Птица не может не петь в мае. Человек мог и не заговорить. Текст соткан утком слова по основе молчания.
К. Г. Юнг. Об отношении аналитической психологии к поэтико-художественному творчеству.
Впервые перевод был опубликован в сборнике «Зарубежная эстетика и теория литературы XIX–XX вв. Трактаты, статьи, эссе» (М.: Издательство Московского университета, 1987). Переиздания в книгах: Юнг К. Г., Архетип и символ (М., 1991); Юнг К. Г., Собрание сочинений в 19 тт., т. 15, Феномен духа в искусстве и науке (М.: Ренессанс, 1992); К. Г. Юнг., Архетип и символ (М.: «Канон +, Реабилитация», Серия «История психологии в памятниках», 2015).
[от переводчика]
Карл Густав Юнг
(1875–1961)
Ученик Фрейда, К. Г. Юнг в своей «аналитической психологии» разделяет с фрейдовским психоанализом убеждение во вторичности повседневных проявлений душевной жизни и установку на обнаружение за ними первичной, бессознательной подоплеки. После разрыва с Фрейдом Юнг отыскивал эту психическую первореальность не в безликой сексуальной энергии — либидо, а в иерархии «архетипов» — универсальных образов, властвующих над человеческим сознанием (Фрейд назвал мистико-романтический символизм Юнга «метафизическими мечтаниями»). Архетипы, согласно Юнгу, в равной мере населяют сознание и гениев, и рядовых людей, и душевнобольных, а потому не могут служить критерием для
Карл Густав Юнг
(1875–1961)
Ученик Фрейда, К. Г. Юнг в своей «аналитической психологии» разделяет с фрейдовским психоанализом убеждение во вторичности повседневных проявлений душевной жизни и установку на обнаружение за ними первичной, бессознательной подоплеки. После разрыва с Фрейдом Юнг отыскивал эту психическую первореальность не в безликой сексуальной энергии — либидо, а в иерархии «архетипов» — универсальных образов, властвующих над человеческим сознанием (Фрейд назвал мистико-романтический символизм Юнга «метафизическими мечтаниями»). Архетипы, согласно Юнгу, в равной мере населяют сознание и гениев, и рядовых людей, и душевнобольных, а потому не могут служить критерием для